NGe: “Может, это и есть рок-н-ролл?”

NGe, Минск, Беларусь

С течением времени, чем бы мы ни занимались, очень важно ощущать здравость своих действий и видеть путь к цели. Или хотя бы нужный вектор. И при всем при этом еще здорово было бы оставаться собой. Не такими, какими были когда-то. Не такими, какими будем. А такими, какие мы есть сейчас. Каждое мгновение настоящего.

С музыкой группы NGe наш проект знаком довольно давно. Наконец-то нашелся подходящий повод встречи.

– На самом деле, пока ехал на интервью, успел еще дважды прослушать интернет-версию альбома. И на песне «Как будто мир» есть мужской бэк-вокал. Наверное… Или женский, замаскированный под мужской, как мне показалось.

Егор: Это женский, просто низкий.

– Сразу возник вопрос. Почему на альбоме нет мужского бэка?

Егор: Вообще живьем я пою на бэк-вокале. А на пластинке… Не знаю… Мы что-то пробовали записать, когда еще первыми писали песни «Маяк», «Любовь и дым». Но мне что-то не понравилось (смеется). Вообще не понравилось. Бывает такое, когда твой голос на записи тебя бесит. Так вот это тот случай. Я не смог это пережить. Не знаю, как Оля это терпит.

– Но желание заниматься этим вопросом есть?

Егор: Да, конечно. Просто на этом альбоме я решил заняться другими делами пока.

– Этот момент, касательно бэк-вокала, я подметил еще в первый вечер, когда ты мне скинул альбом. Услышав песню «Как будто мир», сразу подумалось: вот чего не хватает на многих песнях. Вот этого вот вокального «низа».

Егор: Приходите на концерты! Что еще сказать. Сейчас я работаю над бэк-вокалом. И мы, к слову, готовим концертную программу сейчас, даже две. Ода из них тяжелая, привычная. Вторая будет акустической, может быть, даже электронной.

– Кстати, по поводу электронщины. Как к этому пришли? Показалось, что чего-то концептуально не хватает в музыке NGe?

Егор: На самом деле… Сейчас попробую вспомнить, как это было. Я сам начал занимать электронной музыкой году в 2010. Может, даже раньше. Мне в принципе электронная музыка нравится.

– Но в концертный состав вводить человека пока не будете? Электронная составляющая останется в рамках плэйбэка?

Егор: В тяжелую программу – точно нет. А в акустическую – кто его знает. Мы пока сами не совсем понимаем, что из этого получится. Трип-хоп, эмбиент (улыбается). Будет видно. Если что-то получится – почему бы и нет. А пришли как… Наступил в группе какой-то застой. 2015-ый, наверное, был год. В один вечер мы собрались впятером, это был апрель, и решили, что надо что-то делать, вдохнуть новую жизнь в проект. Чтобы нам самим это было в кайф. Есть много фишек, которые хотелось бы попробовать каждому музыканту в группе. Но так получается, что у нас никто не задает тон. И каждый делает все, что хочет. Вот реально все, что хочет.

– То есть, если получается что-то совсем ужасное, вы прекращаете. А если всем нравится, то все окей.

Егор: Да. Но даже при таком раскладе все равно остаются вещи, которые боимся попробовать. Ты что-то делаешь-делаешь, но не полезешь охренеть куда. А тут мы решили – давайте попробуем идеи, которые раньше хотели попробовать, но не получалось. А электронщину мы хотели добавить года с 2013, наверное. Но технически не получалось реализовать. А сейчас все как-то сложилось. И желание основательное появилось.

– Отдельного человека, саунд-продюсера, у вас нет? И среди самих музыкантов нет «крайнего», за кем было бы последнее слово? Или все же есть тот, кто берет на себя ответственность, на кого покатятся бочки за плохие аранжировки, сведение, мастеринг?

Егор: Так получается, что у нас из пятерых более активные трое – я, Оля и Паша, барабанщик. Паша отвечает больше за технические моменты, так как у него студия, он в этом разбирается. На мне больше музыкальная составляющая, живая и электронная. Опять-таки, сведение мы делаем не сами. И с Эльдаром, звукорежиссером, нам повезло, на него Паша как-то вышел. Что бы ни хотели делать и пробовать, Эльдар всегда с энтузиазмом работает. Просто работали мы маленькими шажками. Альбом по факту был готов еще весной. Но слава Богу, что мы его тогда не выпустили. (смеется) Потому что после этого было еще вариантов …дцать.

– Было бы забавно выпустить альбом, состоящий из первых вариантов песен.

Егор: Ага. Или альбом из одной песни и двадцати ее вариантов.

– Типа апрель, май…

Егор: Надо поискать на дропбоксе.

– Той же самой осенью вы выпустили видео на заглавную песню “Толькi мы”. Расскажи немного об этом.

Егор: Идея повторить опыт съемок с московским режиссером Сашей, с которым мы делали дебютный клип, витала с начала года, но реализовать получилось лишь в сентябре. В клипе мы попытались отразить, скажем так, интимное настроение песни без интима, снимали практически в полной темноте на своей студии. Вообще за время пребывания Саши в Минске мы сняли два клипа, но это уже другая история. “Толькі мы” – песня очень личная, адресованная реальному человеку. Она о сокровенном, но вместе с тем в ней угадывается желание громко прокричать о своих чувствах, рассказать всему миру об их природе. Такое внутреннее эмоциональное противоречие вышло под стать альбому NGe, наполненному песнями, разнообразными стилистически и эмоционально.

– А в плане музыкального образования: у вас самих оно есть какое-то? Или все музыканты не музыканты?

Егор: Если музыкальную школу считать за образование…

– Знаешь, иногда и консерваторию сложно назвать образованием. Так что давай так, номинально.

Егор: Музыкальная школа есть у меня и у Паши. У меня – гитара, а у Паши, вроде, барабаны и фортепиано.

– В Минске?

Егор: Не. Мы вообще с периферии. Понаехали. Я из Витебска, Паша из Слуцка. А Оля сейчас ходит в частную школу вокалом заниматься и фортепиано, как ни странно. Потому что большинство вокальных партий и мелодий пишет именно она. Наверное, ей пригодится умение играть. Потому что на альбоме «Мы» получилось реализовать совсем не много идей с бэк-вокалом. Хочется больше работать в этом направлении. Если бы еще в этот вопрос погрузились, выпустили бы альбом в следующем году. (смеется)

– Да, хотелось бы это услышать.

Оля: Привет! Извините за опоздание.

– Привет.

Егор: Привет.

Оля: О чем болтаете?

Егор: Я тут рассказывал про бэк-вокал, о том, что хочется больше его реализовывать. И что обязательно это сделаем на следующих релизах.

– И еще у меня был к вам какой-то вопрос… Про белорусский язык. Песни на родном языке у вас всегда были. А в альбоме их… В интернет-версии, по-моему, три?

Егор: Да, в ВК мы выкидывали ограниченный релиз, то есть на всяких стриминговых платформах и на CD их больше. Всего в альбоме 10 песен, 6 на белорусском языке. На iTunes и прочих платформах альбом появился в тот же день, что и в свободном доступе ВК.

– Хорошая идея. Я вообще полностью поддерживаю «платную музыку» в интернете. Потому что люди…

Оля: Обнаглели…

– Даже не то чтобы обнаглели. Они никогда не знали, что такое – платить за прослушивание музыки в интернете. Раньше как было без интернета: пошел в магазин, купил кассету или диск, слушаешь. В лучшем случае.

Оля: Переписывали друг у друга, таскали с собой каждый день, менялись, да…

– Возвращаясь к языку все-таки. Что это значит для вас? Патриотизм или что-то другое? Очень люблю задавать этот вопрос.

Егор: Ну знаешь… Я учился в лингвистической гимназии. Испанский, английский, французский. Еще и русский, белорусский. Каждый язык имеет свое звучание. И это такой же инструмент. Причина в этом. Когда-то попробовали, понравилось. Пишем на белорусском до сих пор, как видишь.

– То есть каких-то патриотических побуждений, или как правильно их назвать…

Егор: Нет, таких побуждений нет.

– Белорусский язык классный, тут не поспоришь.

Оля: Да, очень красивый.

– Но пишете вы довольно много на белорусском. В этом альбоме – половина песен.

Оля: Это не заложено в требованиях. Не договаривались, что такой-то процент будет только на белорусском обязательно. (смеется) Так получилось.

Егор: Мы по этому вопросу вообще не загоняемся: русский или белорусский. Хотя понятно, что есть концерты, где приветствуются исключительно музыканты, исполняющие белорусско-язычную музыку. Но и на них мы, разумеется, не ориентируемся. Мы, наверное, на таких даже не играли.

Оля: Один раз, вроде, был…

– А в жизни разговариваете по-белорусски?

Оля: Ну я не очень… Если попадаю в соответствующую компанию, стараюсь поддерживать, разумеется. Все-таки свой язык.

Егор: А я как-то нет. Говорю всегда по-русски. Иногда бывает, но очень редко.

NGe, Минск, Беларусь

– Часто куда-то ездите? На фестивали, например? Как с этим вопросом у вас дела?

Оля: Конечно, стараемся мониторить, подавать заявки. Но как-то… Не будем говорить, что «все куплено, везде связи», но как-то не везет нам с этим…

Егор: Но и, честно говоря, последний год мы немного выпали из этого всего. Записывали альбом. И сами не хотели нигде играть. А сейчас альбом выпустили, возвращаемся в люди.

– Кстати, вспомнил один вопрос, который очень люблю задавать в последние месяцы. Что для вас рок-н-ролл?

Егор: У меня что-то в голове сразу заиграла песня Шнура «Какой в *** рок-н-ролл». (смеется)

Оля: Вот такое вот твое отношение… (смеется)

Егор: Я себя не ощущаю, наверное, рок-н-рольщиком. Для меня это, наверное, какое-то культурное движение. Как сюрреализм, к примеру.

– То есть для тебя рок-н-ролл не синоним музыки?

Егор: Я вообще не считаю, что мы играем рок-н-ролл и что вообще имеем к нему какое-то отношение. Ты так считаешь?

Оля: Знаешь, я вообще считаю, что рассуждать о таком нужно немножко в другом состоянии.

Егор: Когда ты укуренный, к примеру…

Оля: Нет-нет. Когда ты, например, студент в университете. Что-то прогулять, кого-то послать. Это я образно, конечно. Просто для меня странно, что люди, у которых есть работа, семья, которым надо пойти, например, резину поменять зимнюю, у которых куча забот… Рассуждают о рок-н-ролле. (улыбается) Для большинства, наверное, это понятие ассоциируется с бунтарством или чем-то таким. А наши рок-н-рольщики все же более домашние.

Егор: хотя каждый день мы преодолеваем какие-то свои трудности. Может, это и есть рок-н-ролл?..

– Может быть. Что хотелось бы пожелать нашим читателям и рок-н-рольщикам?

Егор: Спасибо всем, кто поддерживает местную сцену, и тебе, Андрей, лично. Хочется пожелать всем побольше позитива в жизни и, конечно же, новой качественной и находящей отклик в душе музыки. Берегите себя и близких!

Оля: Хорошей музыки, хорошего настроения и больше вдохновения!

Ближайший концерт в Минске в акустическом формате состоится совместно с питерским трио THE TEL 27 января в пространстве “Кислород”. За новостями группы можно следить на официальном сайте и в официальном сообществе ВКонтакте.

Фото – Алексей Колбун.